Чудная музыка звучала в круглой зале метров тридцать-сорок диаметром и с потолком метров за пять. Бирюзовый пол блестел отраженным светом. Стены голубого мрамора с сотней лампочек создавали ориентальный узор. В другом конце залы вела вверх крутая, сверкающая хромом, лестница.
В голову влезло «Скарлатина сто сорок один».
Откуда?
Необъяснимое чувство эйфории толкнуло к лестнице. На втором этаже я попал в бледно-розовый зал с россыпью ламп. Всё в два раза больше.
Поднялся на третий этаж и оказался в пространстве с грунтом вместо пола: галька, щебень, булыжники. Стены обклеены фотообоями космического ландшафта, показавшегося знакомым. Точно. Этот пейзаж наблюдал при встрече с Антоном. Очень похоже, гиперреалистично, не хватало канонады далекого боя, лишь легкое жужжание.
З-ззз-жжж-бр-бр-рррр! Далекий насекомый гул превращался в рык мотора и лязг трансмиссии. Из-за нарисованной на противоположной стене скалы выскочил легковой автомобиль без крыши.
Что такое?
Автомобиль, подобие старой «Волги» со спиленной крышей, подкатил ко мне. За рулем сидел мужчина, смутно знакомый. Настолько смутно, что я не мог вспомнить, в какой из жизней видел его – в детской, школьной, институтской или уже здешней.
Где же? Вспомнил!
Он тоже ехал в метро.
Водитель спросил в лоб:
– Видал рыжую? Без трусняка шарохается тут.
– Нет, – непонятно зачем соврал я.
– Черт! Где же эта Пизда Ивановна? – взгляд водителя был лихорадочный: метался по доске приборов, по мне, по боковым зеркалам, по стенам, ускакивал к потолку и шмякался на ручку переключения передач.
Водитель был на взводе, как сжатая пружина, готовая разжаться крылатой птицей. Я инстинктивно сделал шаг назад. Машина, вздымая клубы пыли, рванула к стене, с которой начался мой путь.
Что теперь?
Я не мог ничего понять. Странное место, странные люди, странные ситуации и я, неприкаянный, никому не нужный, ничего не понимающий. Что делать? Куда идти? Зачем и за чем?
Вот мужик машину добыл, бабу ищет, вылитый Тревис Бикл. Почему наврал ему, что не видел? Мог бы доложить: «Видал. Надо доехать до стены, спуститься на три этажа вниз, выйти из шара и пойти к камням. Через пару километров найдешь рыжую тетку. Шарохается в набедренной повязке и, возможно, без трусов.»
Бред!
Я посмотрел на небо... тьфу, на потолок... или что там? Тучи плыли вдаль, обтекая… лестницу. Точно. У стены стояла стремянка, ведшая к тучам, за тучи. Я вскочил и по ковровой красной дорожке, невесть откуда взяввшейся, побежал к стремянке.
Поднявшись на двадцать метров, рассматривал обтекавший густой пар и люк над головой. Толкать или спуститься вниз? Было страшно и любопытно.
Я толкнул люк. С излишней силой. Тот, невесомый, отлетел далеко в сторону. Я просунул голову в отверстие и обомлел, попавши в сказку.
