27 июня 1993г.
воскресенье
11-20
На утро самочувствие описывалось как «апатия и немощь». Я валялся в кровати, шевелиться в тягость. Пару раз выбирался на кухню, заглядывал в шкапчик и холодильник, жевал, запивал. Жора, нависший над тумбочкой с телефоном, долго, нудно, с просьбами продиктовать и повторить, договаривался о встрече с далеким Геннадием Ивановичем, объяснявшим, как попасть на дачу.
Уяснив маршрут, Жорик положил трубку с комментарием: «Еще один лишенец нарисовался. Работает в ЖЭКе, а хочет министерскую зарплату и черную «Волгу» с номерными знаками серии МЕЧ. Не знаешь, откуда такие бакланы берутся?»
Я зевнул. Жорик расписал план наших действий:
– Значит так. Я мчусь к Геше на дачу. Ты очухивайся потихоньку и вали в магазин. Купи телефонный аппарат. Панасоник-радио с автоответчиком, запомнил? Эта рухлядь забодала. И еще. Начинаем общаться с солидными кексами. Поэтому купи утюг, гладильную доску и стиральную машину. Автомат, шведскую или немецкую. Итальянскую бери в крайнем случае. Просек? Да, не забудь про кофемолку! Тоже зацепи. Молотый из пачки выдыхается, зараза…
Жорик метался по кухне с туркой в руке. Я качал гудящей головой.
– Запоминай: покупай стиралку с доставкой и установкой. С магазинами не парься. Иди туда, где видак с телевизором брали. Называется «Импульс», улица Александра Невского. Помнишь? Так вот, мотай на ус первое правило покупателя — не меняй продавца до тех пор, пока тот не обосрется. Если покупка устраивает, возвращайся за следующей и оплачивай. Повторяй итерацию до первого обсера, потом меняй продавца. Лавэшки щас получишь. И не забудь. Вечером идем в ресторан. Готовься. Нужен приличный вид. Отметим начало новой серии. Ты вчера вялый был.
Жорик достал из кармана пачку долларов, выцарапал полтора десятка купюр:
– Без гусарства! Сдачу оставь на потом. В видеопрокате боевиков зацепи. На завтра дел не намечай. Посидим, кинчик позырим.
Откуда у Жорика появилась наличность, я гадать не стал. Голова трещала, но соображала — намародерил у давешней четверки, не зря барсетки тырил. Похоже криминальные спортсмены-рэкетмены являлись единственным источником Жоркиных доходов. А мне что делать? Как дальше жить без зла?
Я вздохнул, закрыл за Жорой дверь, послонялся по квартире и оп! ощутил прилив сил.
Сунул доллары в карман и отправился за покупками, преисполняясь. Никогда столько денег в руках не держал. Бывало в мечтах: спускал капитал на что-то-эдакое невообразимое, на стиральную машину и утюг не похожее. Не о бытовой утвари мечталось две недели назад. Хотелось погрузиться в пучину беспечного прожигания жизни… или не хотелось?
Я напрягся, вспоминая, о чем мечтал четыре года студенческой жизни, и ничего конкретного, покупаемого за доллары вспомнить не смог. Прежние фантазии оказались безвещественными...
А вот и магазин.
В кармане лежали деньги, которые неделю назад не мог потратить даже в мечтах. Неведомые ощущения бодрили. Я помялся, потоптался, перекладывая деньги из одного кармана в другой. Пересчитал — тысяча шестьсот баксов!!!! больше миллиона рублей!!! — сглотнул слюну, собрался с духом и зашел в магазин. Зашел, имея право называться натуральным миллионером, как мечталось ранее.
Э-эээ, в кармане лежали не мои деньги, но все же…
Через час радиотелефонный аппарат с автоответчиком марки «Панасоник» стоял на тумбе в прихожей, гладильная доска с утюгом «Бош» — в коридоре у Жоркиной комнаты. Стиральную машину обещали доставить и установить завтра.
Я навел порядок в шкафу с одеждой и приступил к глажке рубашек, новеньких, на сгибах мятых. В седьмом часу со стопки прокатных кассет взял верхнюю, загрузил в видак.
«Хороший. Злой. Плохой». Клинт Иствуд. Кажется, любимый Жоркин актер. О таком не слыхал.
Через два с половиной часа выяснилось, что Жора на усталого ковбойца не похож, совершенный антипод. Интересно, почему голливудские герои все как один немногословные мужики с холодными проницательными глазами? Я вспомнил актуальных героев из видеосалона — Арнольд Шварцнеггер, Сильвестр Сталлоне, Жан-Клод Ван Дамм, Майкл Дудиков. Молчуны и интроверты, не то что балабол и балагур Жорка. А вот и он, легок на помине. Ворвался в квартиру, забурлил:
– Еще не готов?! Форма номер восемь, что надели, то и носим! Пулей! Опаздываем, как Фанни Каплан электромеханический завод!
Пронесся мимо с телефоном:
– Панас ништяк! Агрегат, что надо!
Промчался мимо еще раз.
Похоже, переодевался, ужинал и щупал покупки одновременно. Я нарядился натуральным повесой из Москвы — красный кашемировый пиджак, бледно-розовая рубашка и блестящие штиблеты из-под брюк, идеально отглаженных, – муха срежется о стрелки!
– А галстук? — спросил Жорик.
Перехватив мой удивленный взгляд, Жорик махнул рукой:
– Ладно. Сейчас повяжу, но последний раз, учись вязать самостоятельно. Пригодится.
Сам остался без галстука. Черные брюки, черная водолазка и синий пиджак.
