13 июля 1993г.
вторник
10-00
Наутро, в десять ноль-ноль я слонялся мимо куч строительного мусора. Похоже, Жорик договорился об улучшении планировки. Тут и там громыхали отбойные молотки, там и сям звенела нерусская речь в обрамлении русских матюков. Жора с дядечкой, похожим на бригадира, метался из одного пространства в другое со схемой формата А-0: «Так, тут несущая стена. Не трогать! Эту картонку сносим.»
Разобравшись со сносом Жорик метнулся к колеровщику, светловолосому парню. Не задержался. Рванул на КПП, бормоча «гипсокартон», «тигикнауф», «волоколамка» и прочую абракадабру.
Я побрел в курилку, размышляя, как бы половчее подступиться к теме «Лишний человек».
Не подступился. Пробегавший мимо Жорик скомандовал, чтоб Базаров кончал страдать и добывал ключи от актового зала. Это он ко мне обращался, требовал помещение для собеседований:
– Ясно, Печорин?
– Да!
– Тогда чего сидишь? За дело, товарищ Чацкий!Здесь не место лишним человекам! Здесь место деловым!
Сначала неловко, потом уверенно, а в конце легко и непринужденно я выполнил задание. Ключи получил с третьего захода: от Любочки к замдиректора по науке Сергею Константиновичу и далее к заведующей библиотекой Римме Витальевне.
Поднялся на третий этаж, вскрыл актовый зал.
Со времен, одобрявших решения партии единогласно, ничего не изменилось. На сцене — стол президиума при котором, как положено, трибуна с пузатым графином. За сценой — бархатный занавес цвета спекшейся крови. Справа вверху — желто-зеленая аппликация из лавровых листьев, увенчанная желтыми серпом и молотом. Не хватает ленинского барельефа. Сняли. Оставили пятно.
Значит, кипели здесь страсти по межрегиональной депутатской группе, демократическим фронтам с координационными советами и обществу «Мемориал». Возможно, самоличной персоной Сергей душечка Станкевич держал речь перед мечтателями. Шла отсюда воодушевленная интеллигенция сначала на миллионный митинг в Луже, потом на баррикады к Белому дому...
Сдвинул трибуну за кулисы, скинул кумачовое покрывало со стола президиума. Оценил.
Убого. Криво. Пять обшарпанных столов и десяток стульев. Вернул кумач на место.
Пошел отчитываться. Узнал, что Жора теперь начальник отдела кадров, а я — начальник секретариата успешной конторы.
Сходил к Любе и записал ФИО и номера телефонов кандидатов.
Вернулся в библиотеку, за стеллажами в закутке устроил рабочее место.
Терзал телефонный аппарат, вызывал на собеседование. Мчался в актовый зал, выдавал бланки анкет прибывшим, следил за правильностью заполнения. Скатывался этажом ниже, вырывал Жорика из строительной кутерьмы и тащил на собеседование. Несся в библиотеку, к телефону… Уф!!!
В семь вечера суета сошла. Контора пополнилась десятью сотрудниками, готовыми заступить на рабочие места со следующей недели.
Я закрыл актовый зал, вернул ключ Римме Витальевне. Спустился на первый этаж, обнаружил руины.
Строители сокрушили все стены, какие можно, полученный мусор оставили потомкам в назидание и скрылись в глубине веков... из глубин донеслось: «за всю хуйню ебашить на хуй, пока не запиздяшите!».
Застучал отбойный молоток. Работы возобновились.
Я пошел во внутренний дворик, в курилку.
Минут через пять пробежал мимо Жорик, подавая ладошкой знаки — «Жди! Дел по горло! Я щаз»...
Пробежал обратно без знаков.
То ли погоню изображал, то ли поиски. Возможно имитировал бурную деятельность. Из фляжки отхлебнул, скрылся.
Во время погони и поисков не бухают. Я вспомнил, как на дискотеке хлебал из этой фляжки коньяк.
Через полчаса Жорик скомандовал выходить к «Буцефалу».
Через час выехали на Варшавку.
После пяти углов на Даниловской Жорик протянул фляжку: «Расслабься, а то не уснешь.»
Фу! Нет!!!
Коньяк — не для меня.
Знаю точно: с крепких напитков дураком становлюсь! Хотя сегодня особенный день. Я первый раз в жизни выполнил поручение, которое касалось не только меня, но и посторонних людей.
Всю предшествовавшую жизнь я делал только то, что относилось ко мне и к моим личным обязанностям. Отвечал в пределах, отведенных моему телу и моему сознанию. Сегодня сделал шаг за границы, очерченные собственной нерешительностью. Я проявил волю и обеспечил процесс по найму персонала. Лично.
Не то чтобы обеспечил, но что-то правильное сделал.
Глоточек можно!
