23 августа 1993
понедельник
Темы не было. Пока Жорик и Лев Моисеевич, ни разу не виденный, катались в Хрякино, я озаботился учебой, скоро первое сентября.
Нарядился как в ресторан, доехал с Федотычем до автобусной остановки, выгрузился. Обычным студентом отправился в институт.
Синюю красоту пиджака никто не оценил. Стайка первокурсниц оглянулась и все.
Я изучил расписание у деканата, сходил в библиотеку, получил пособия и на выходе столкнулся с Юриком:
– Жуля, спасай! В контору японские видаки завезли. Сотрудникам можно по закупке взять. Сто двадцать бакеров. Есть полтинник взаймы? Отдам с получки через неделю!
– Есть, — полез я в карман и чертыхнулся.
На хрена переодевался? Кошелек остался в джинсовой куртке, которая дома.
Пришлось объяснять, что денег нет при себе. Юрик глянул на часы.
– Я в контору рву, забиваю видак. Сможешь подскочить с полтинником до шести? С меня причитается!
– Не вопрос.
Ехать домой долго, поехал в офис, обратился к Жорику с просьбой выдачи пятидесяти долларов в счет зарплаты. Утаивать подробности не стал. Сообщил, что помогаю товарищу в приобретении чуда научно-технической мысли под названием «японский видеомагнитофон».
Жорик хмыкнул и предложил скататься к товарищу вместе. Пояснил, что хочет глянуть на демпинг, еще лучше — потрогать аппарат, может, он пластмассовый или картонный. Настоящие видаки минимум двести стоят.
Через час мы парковались на Остоженке, в переулке напротив конторы.
Давно я там не был, с прошлой жизни, беспортошной, беспросветной. Ныне обстоятельства сменились. Подъехал на иномарке, весь из себя упакованный и важный.
Мы с Юриком расположились с пивасом в конторском дворике, ожидая вынос аппарата. Жорик отъехал с обещанием вернуться через час.
Получили разноцветную коробку перед закрытием, поднялись на второй этаж. Народ внимания не обратил. Пару раз кивнули в мою сторону: «привет» и все.
В четверть седьмого в офисе остались Юрик и я. Ничто не мешало погонять аппарат. Мы распаковали яркую, как пожар в джунглях, коробку «видео-рекордер Фунай», подключили к телевизору в директорском кабинете, вставили прихваченную мной кассету.
Юрик восхищался: «Япония!» Я авторитетно подтверждал: аппарат классный, не фуфло, цвет держит. Видеокассета была специальная, проверочная — пятая копия «Смертельное оружие». Хотел обменять, забыл в запарке, валялась в тумбочке рабочего стола. Сегодня пригодилась для тестирования. Лишь суперкачественные видаки позволяли рассмотреть, где затаился в засаде Мэл Гибсон, а где — Дэнни Гловер.
В общем, важно рассуждал я, аппарат «Мэйд ин Джапан» — вещь серьезная. На правах бывалого синефила делился опытом: надоест за пару месяцев, пересмотришь все, до чего доберешься, и забросишь. Пообещал поделиться кассетами, которых скопилось два десятка, складывать некуда.
Приехал Жорик.
В полуха послушал рассуждения о японской технике, постоял, посидел там и сям, оказался за столом Владислава Аркадьевича. Неудобное место, но Жорик внимания не обращал. Рылся в бумагах на столе, в шкафу и прочих пределах досягаемости. Спросил, где хранится ключ от сейфа.
Я предупредил, что в сейфе ни хрена нет, кроме бутылки виски и пневматического пистолета, которыми баловалось руководство, расстреливая ворон из окна. Секретное место, где прятался ключ, показал.
Все сторожа конторы прошли через ночную стрельбу по воронам. Условие одно — запастись пульками, чтобы с утра не палиться недостачей. Жорик на пистолет не обратил внимания, погрузился в изучение бумажек.
Мы хлопнули с Юриком еще по бутылочке и распрощались. Свежеиспеченный обладатель видака остался нести дежурство, я с Жориком поехал на квартиру.
Жорик рулил радостно:
– Эх, Ромка. Ну наконец-то! Ну в бога-душу-мать!! Трехпалым свистом!!! Большое дело нарисовалось. А Вадик ваш – дебил. Золотое дно под ногами, а он с посредниками вошкается. Мы делить на четверых семь копеек не будем!
Пока ехали, Жорик обрисовал бизнес компании «Влад трейдинг». Компания закупала в Европе ширпотреб фурами на условиях СИФ Москва. Пользуясь Пашкиными связями, растаможивала фуру в полцены и тут же продавала груз. Фура уезжала к покупателю, оплатившему аванс сразу после пересечения границы. У Влада даже склада не было. Зачем?
Отличный бизнес, которому все завидовали. Не завидовал только Жорик.
Полазив по бумагам, он списал в блокнот координаты посредников и номер факса польского отправителя, с которого контора получала инвойсы. Высаживая меня у дома, Жорик поинтересовался: «По-польски пшекаешь?»
