14 марта 1995 года
вторник
11-00
– Чииз! – скомандовал Жорик, врываясь в палату. За ним ввалился мужик с фотоаппаратом и зонтиком.
Меня усадили на подушку, пиджак накинули поверх пижамы:
– Сейчас птичка вылетит!
– Куда? – промычал я.
Черт! Я был разрезан, обмотан бинтами, еле шевелил языком. Юрик, навестивший часом ранее, расписал, как «Дюрандаль» взрывался напротив ларька и я со стеной огня влетал в ларечную витрину. Оказывается, в багажник засунули не банальный тротил, а натуральный фугас с зажигательной смесью...
Свезло. Воткнулся в прохладительные напитки, залившие меня, пылавшего как бенгальская свечка. На пару метров левее – шашлык! Левая витрина была заставлена крепким алкоголем.
Моя обожженная морда нуждалась в пластической хирургии. Жора постановил:
– Шрамы на морде военврачи не правят. Смотрим на заграницу, на Голливуд, и делаем фото на загранпаспорт.
Ух! Последний год имел две забавы: платный секс и просмотр видака. С сексом понятно, физиология. Видео навевало мысли. Смутные, оптимистические. Голливудские гуру наставляли: жизнь надо прожить так! Стремись и делай, а если не можешь – сдохни! Алек Болдвин из «Американцев» был мотивационной иконой.
Ночью снились кабриолеты и виллы с бассейнами на берегу океана. Девицы не снились. Ким Бессинджер и Мариса Томей мелькнули и пропали. Я принял пропажу: «Гудбай! Найду помоложе!»
Встрепенулся: приснилось?
Нет.
Утром Жорик обозначил цель поездки: «спросить с Кирюхи за спизженное! Летим в Лос-Анджелес не просто так!»
Загранпаспорт выправили в Министерстве Культуры. За визой в американское посольство Жорик таскался самолично, махал нотариальными доверенностями и счетами. С его слов посольские впечатлились числом нулей в предоплаченном счете на лечение.
В день отлета Жорик огорошил: Калкину не терпится поджарить меня вторично. Нанятые им саперы колдуют над термобарическим зарядом. Источники надежные. Хорошо получается, что я валю из Москвы...
Упомянул бижутерию, привезенную Чичей полгода назад. Хозяева дребедени вычислили похитителей и ступили на тропу войны. Надо разбираться с лихими галантерейщиками, нанятыми Калкиным, им же вооруженными и мотивированными.
Может ли быть что-то общее между голландским миллионером, эстонским евреем и русским лингвистом в одном лице и торговцами бижутерией с Мазутки? Оказывается, да. В России может быть всё. Общество перемешалось и превратилось в клубок вопросов и ответов, затронувших любого, кто отказался от гарантированных аванса и получки.
Жорик пообещал, что Калкину коптить недолго. Севан подключил органы государственной безопасности. Дербанят конторы, имеющие отношение к нашему врагу номер один, объявленному на днях шпионом. Дел невпроворот, только успевай следаков коррумпировать. По этой причине сгонять со мной в Эл-Эй не может. Сопровождением станет медработник, снабженный визой и сидящий за дверью. Там же тусуются два мента, которые в натуральном милицейском бобике прямо сейчас отвезут меня в «Шереметьево».
В общем, счастливого пути, ни пуха, ни пера! Домой вернешься, когда сойдет дым баталий.
– А можно без дыма? – уточнил я.
– Нет! – сказал, как отрезал Жора. – Если решил заниматься бизнесом – будь готов решать вопросы и отвечать четко, на пять! Бизнес – это в первую очередь защита своих интересов. И немного пощупать чужие интересы – во вторую очередь.
